Обманувшие ожидания

О спектакле «Женить бы» в исполнении студентов Театрального колледжа имени Филатова

Никому не нужно объяснять, что значит слово «театр» для Гимназии. На прошедшей неделе спектакль «Женить бы» из зрительного зала наблюдали школьные актёры, сценаристы, режиссёры, внимательные критики — публика искушённая, и, кажется, все без исключения пребывали в состоянии восторга. Что же такого сотворили на сцене студенты Театрального колледжа имени Леонида Филатова и режиссёр Елена Моногарова, заставив всех единодушно выходить со спектакля со словами: «Это было исключительно замечательно». Как это ни парадоксально, молодые актёры сумели обмануть наши ожидания, и это было не просто смело, это было очень точно и близко к Гоголю.

Просмотр любой постановки классического драматического произведения напоминает детектив: вы гадаете, что такого придумала труппа, какую интонацию выберет тот или иной актёр, какой костюм припрятали за кулисами, какую декорацию сейчас выкатят на сцену, что за танец вот-вот должен вас ошеломить, а главное — как эти отдельные элементы образуют единый авторский почерк и насколько он соответствует неповторимому оригиналу. Правда ведь, трудно спорить с тем, что хорошим детективом называют тот, который обманывает ожидания?

«Женитьба», в отличие от предсказуемого «Ревизора», сама по себе очень парадоксальная пьеса. На сцене по очереди появляются женихи, нелепые во всём, начиная с фамилий и заканчивая внешним видом. Эти, что ли, пигмеи должны сейчас соревноваться друг с другом за сердце невесты? А что же сама Агафья Тихоновна? Столь же глупа и неряшлива, сколь недурна собой? Неужели дело не в невесте, а в приданом? Ну всё понятно — Подколесин победил, ведь ему меньше всего надо… Но вот и он в окошко шмыгнул, и не бывать женитьбе. «Надул, Николай Васильевич, сильно надул», — думает зритель, громко аплодируя.

Филатовцы делают из «Женитьбы» то, что правильнее назвать не просто спектаклем, а театральным перформансом. Стáриков, трижды открывший рот в оригинале, становится своего рода резонёром, который иронически сообщает зрителям «что имел в виду художник». Кстати, исполнитель роли в антракте меняет маску и становится экскурсоводом, рассказывая на фоне небольшой экспозиции историю постановки пьесы. Получается бодро, нескучно и даже наукообразно — труппа представляет своих предшественников, чтобы зритель понял, на кого и как актёры могли ссылаться.

Больше всего, разумеется, нас занимает основное действие — эдакое полотно, сотканное из разных жанров, эпох и даже произведений. Анахронизмы вроде «Давай поженимся» здесь смотрятся уместно и даже тонко, живая музыка 90-х становится лиричной, а не брутальной, даже монолог Онегина в финале действия звучит из уст Подколесина органично, вынуждая согласиться с тем, что в этой шалости больше смысла, чем может показаться на первый взгляд.

Путь, который проходит спектакль от щелчка в сознании режиссёра до того момента, как в зале гаснет свет, сокрыт от нас. Тем не менее мы видим «Женить бы» цельным произведением, допускаем и принимаем некоторые условности, не смущаясь, дружно смеёмся над «новым» Яичницой и верим, что Жевакин, поющий «Песню о любви», встретится нам, может быть, завтра и потерпит поражение в восемнадцатый раз. Да, конечно, даже в самом тонкокроеном спектакле можно найти швы, но искать их глаз примется только тогда, когда его внимание ничем не занято.

Мы же на протяжении всего действия были заняты великолепной актёрской командой. Трудно сказать, что является залогом их успеха: правильно поставленная речь или вовремя отставленная ножка. Да это и не важно — школьники, грезящие будущим Днём Культуры, восхищены тем, как сыгран может быть коллектив и насколько роль из маски можно превратить в кожу. Спасибо, филатовцы, хотим видеть вас у нас снова!

Дмитрий Андреевич Калинин

Еще больше новостей и актуальной информации на нашем канале в мессенджере МАХ!